ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ МИТРОПОЛИТА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО И ЛАДЛЖСКОГО ВЛАДИМИРА

13 августа Церковь чтит память Священномученика Вениамина (Казанского), митрополита Петроградского и Гдовского, а вместе с ним, архимандрита Сергия (Шеин), профессор юриста – председателя Правления Общества православных приходов Юрия Петровича Новицкого и бывшего присяжного поверенного, юристконсульта Александро-Невской лавры, члена Правления Общества православных приходов Петрограда Ивана Михайловича Ковшарова, которые были расстреляны в ночь с 12 на 13 августа 1922 года в близи станции Пороховые по Ириновской железной дороге под Петроградом (С-Петербургом, Ленинградом) предположительно на территории Ржевского военного полигона, по обвинению в противодействии изъятию церковных ценностей. Русская Зарубежная церковь прославила их в лике новомученников Российских в 1981 году.

В 1992 г. Архиерейским Собором Русской Православной Церкви митрополит Вениамин и иже с ним пострадавшие архимандрит Сергий (Шеин), Юрий Новицкий и Иоанн Ковшаров причислены к лику святых. На Братском кладбище Александро-Невской лавры установлен памятник-кенотаф святому митрополиту Вениамину – символической могилой Новомученников Российских.

При сравнении исповеднического подвига первых христиан-мучеников ХХ столетия порой кажется, что время как будто сжалось в единый миг, и сегодня, как и христиане в глубокой древности, мы слышим тихий и ласковый призыв любимого ученика Христова, святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова: «Не бойся ничего, что табе нодобно будет перетерпеть. Вот, Диавол будет ввергать из среды Вас в темницу, чтобы искусить Вас, и будет иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Откр. 2. 10). Нетленный венец, венец правды, - эсхатологический дар Божий победителю в жизненном состязании (2 Тим. 4. 8.). этот венец присуждает «в день оный» праведный Судия. Получит этот венец тот, кто сохранит верность Христу (2 тим. 4. 7.), кто терпеливо переносит страдания, не связывает себя житейскими заботами (2 Тим. 2. 3-4), кто, не оглядывается назад, имеет перед глазами только одну цель – горную награду, к которому призывает Бог в Иисусе Христе (Филипп. 3. 11-14). Награда эта - Воскресение из мертвых, совоскресение со Христом, новая жизнь (Филипп. 3. 10-11). В послании святого апостола Иакова (1. 12.) венец жизни обещается тем, кто выдержит испытания в преследованиях за Христа, останется верным ему до смерти.

Митрополит Вениамин, в миру Василий Павлович Казанский 17.04.1873 - 31.07[13.08].1922, родился в семье священника в деревне Нименский погост, Каргопольского уезда, Олонецкой губернии. Духовное образование будущий святитель начал в Каргопольском Духовном училище, окончил Олонецкую Духовную семинарию, затем С.-Петербургскую Духовную академию. В студенческие годы будущий митрополит часто проводил беседы и чтения на религиозно-нравственные темы с мирянами на заводах и фабриках на окраинах Петербурга, в бедных районах за Невской и Нарвской заставами, на Выборгской стороне и на Охте. В этот период своей подвижнической жизни, будучи семинаристом, Вениамин часто посещает Храм равноапостольной Марии Магдалины на Малой Охте и церковно-приходскую школу при ней, расположенной в близи малоохтинских заводов и проводит беседы о нравственности с заводскими рабочими и прихожанами храма. Этот храм бал заложен и существовал с 1762 г. в деревянном обличии, каменном обличии с 1778-1781 г., перестроен в 1849-1857 гг.. Храм был закрыт в 1938 г. и разрушен в 1960-х гг. одновременно с закрытием кладбища. Сейчас на этом историческом месте стоит деревянный храм равноапостольной Марии Магдалины, а рядом новый освященный в 2000 году, Храм Успения Пресвятой Богородицы на малой Охте – Блокадный Храм (Малоохтенский проспект 52).

После принятия пострига и рукоположения в иеромонаха Вениамин некоторое время преподавал в Рижской семинарии, был инспектором Холмской, а позже - Санкт-Петербургской Духовных семинарий. Современники его периода богослужения в С.-Петербурге вспоминали о нем как о скромном, добром человеке с твердой волей в достижении поставленной цели, работая как преподавателем, так и инспектором. В своих словах и речах, обращенных к юношеству, он призывал их к труду, любви и единству во Христе, на благо ближним своим. В начале ХХ века архимандрит Вениамин становится ректором Самарской и позже - Санкт-Петербургской Духовной семинарии. Особое внимание в эти годы он уделяет попечительским делам по оказанию помощи беднейшим воспитанникам Духовных школ, продолжает участвовать в работе Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви, участвует в издании духовной литературы. В начале 1910 года состоялась хиротония архимандрита Вениамина во епископа Гдовского, викария Санкт-Петербургской епархии.

После вступления на епископскую кафедру он совершает поездки по приходам Гдовского уезда Петербургской епархии, во время которых Он посещает заводские и прилежащие к заводам в том числе и храм равноапостольной Марии Магдалины на малой Охте. В этот период им были освящены и открыты новые церкви и церковноприходские школы. Часто митрополит Вениамин совершал богослужения не только в столице, но и в уездных городах. Он не забывал церкви и храмы, в которых, в студенческие годы, проводил беседы и чтения на религиозно-нравственные темы с мирянами. В частности он проводил беседы в храме равноапостольной Марии Магдалины, с верующими рабочими и крестьянами, проживающими на окраинах Петербурга, в бедных районах за Невской и Нарвской заставами, на Выборгской стороне, на Большой и Малой Охте. Владыка Вениамин был непременным участником и возглавителем грандиозных многотысячных крестных ходов в Петрограде, в частности на малой Охте, Колпине, Шлиссельбурге, в Лужском и Гдовском уездах, во многих святых местах епархии. Он был добрым пастырем и старался помочь рабочим и крестьянам, попавшим в беду, умел сострадать давать надежду на сострадание и Божию помощи рабочим и труженикам села. Даже среди инословных людей, он пользовался уважением.



АРЕСТ МИТРОПОЛИТА ВЕНИАМИНА

В 1922 году в Петрограде начался так называемый «поход пролетариев на церковные ценности» под предлогом изъятия их в пользу голодающих. Под этим предлогом были развернуты массовые репрессии в отношении духовенства и верующих

Поводом к аресту митрополита Петроградского Вениамина стало письмо двенадцати лиц – организаторов печально известного обновленческого раскола, опубликованное 24 марта 1922 года в «Петроградской правде». Обновленцы обвинили все верное Патриарху Тихону духовенство в сопротивлении изъятию церковных ценностей и в участии в контрреволюционном заговоре против советской власти. Вслед за этим, 29 мая 1922 года последовал арест митрополита Вениамина, а 10 июня того же года началось слушание дела, к которому было привлечено еще 86 человек.

Патриарх Тихон и митрополит Вениамин
Патриарх Тихон и митрополит Вениамин

Народное предание говорит, что когда в Александро-Невскую лавру пришли арестовывать митрополита Вениамина, в числе арестовывавших был протоиерей Александр Введенский, как представитель новосозданного Высшего церковного управления. Он подошел к митрополиту за благословением и митрополит ответил ему так: «Ведь мы с вами не в Гефсиманском саду», - сказал ему Владыка. Всю «вину» по предъявленному обвинению митрополит Вениамин взял на себя, стараясь защитить всех проходивших по этому «делу».

4 июля Петроградский революционный трибунал предоставил последнее слово обвиняемым по делу об изъятии церк. ценностей. Зал замер, и в тревожной тишине зазвучала мерная, ровная, достойная речь митрополита Вениамина.



ВЫСТУПЛЕНИЕ МИТРОПОЛИТА ВЕНИАМИНА С ПОСЛЕДНЕЙ РЕЧЬЮ В СУДЕ

Выступление Митрополита Вениамина с последней речью на суде

“Второй раз в своей жизни мне приходится предстать пред народным судом. В первый раз я был на суде народном пять лет тому назад, когда в 1917 году происходили выборы митрополита Петроградскаго. Тогдашнее временное правительство и высшее петроградское духовенство меня не хотели - их кандидатом был преосвященный Андрей Ухтомсмй. Но приходския собрания и рабочие на заводах называли мое имя. И вот в зале “Общества религиозно-нравственнаго просвещения”, где присутствовало около 1500 человек, я был, вопреки своему собственному желанию, избран подавляющим большинством голосов в митрополиты Петроградские. Почему это произошло? Конечно, не потому, что я имел какия-либо большия достоинства по сравнению с другими высокими иерархами, тоже кандидатами на этот высокий пост, а только потому, что меня хорошо знал простой петроградский народ, так как я в течение 23 лет перед этим учил и проповедывал в церквах на окраинах Петрограда. И вот, пять лет я в сане митрополита работал для народа и на глазах народа и, служа ему, нес в народныя массы только успокоение и мир, а не ссору и вражду. Я был всегда лоялен по отношению к гражданской власти и никогда не занимался никакой политикой. И советская власть, по-видимому, это вполне понимала, так как я никогда не получал запрещения ни в совершении богослужения, ни в праве объезда епархии. И в последний год, когда начался тяжелый вопрос об изъятии ценностей, было то же, самое: власть вступала со мною в переговоры, принимала мои послания и отвечала на них, а 10 апреля на страницах своей печати поместила мое воззвание к верующим. Так продолжалось дело до 28 мая, когда вдруг неожиданно я оказался в глазах власти врагом народа и опасным контрреволюционером. Я, конечно, отвергаю все предъявленныя ко мне обвинения, еще раз торжественно заявляю (ведь, быть может, я говорю в последний раз в своей жизни), что политика была мне совершенно чужда, Я старался по мере сил быть только пастырем душ человеческих. И теперь, стоя перед судом, я спокойно дожидаюсь его приговора, каков бы он ни был, хорошо помня слова апостола: “Берегитесь, чтобы вам не пострадать, как злодеям, а если кто из вас пострадает как христианин, то благодарите за это Бога” (1 Петра IV, 15-16).

Заседание суда об изъятии церковных ценностей.
Заседание суда об изъятии церковных ценностей. Июнь 1922 года.

В белом клобуке сидит митрополит Вениамин (Казанский), слева от него сидит протоирей Чуков Н.К. настоятель Казанского собора, справа от него – епископ Кронштадтский Венедикт (Плотников), далее Ковшаров И.М. – юрисконсульт Александро-Невской лавры или профессор Новицкий Ю.П. (точно неизвестно), далее протоиерей Богоявленский Л.К.- настоятель Исаакиевского собора, далее протоиерей Михаил Чельцов – настоятель Троицко-Измайловского собора, над ним сидит профессор Елачич Н.А.

Это было все, что Митрополит сказал о себе в своем “последнем слове”. Остальное, довольно продолжительное, время своей речи он посвятил исключительно соображениям и объяснениям в защиту некоторых подсудимых, ссылаясь на документы и иные данные и обнаружив при этом большую память, последовательность и невозмутимое спокойствие. Одно из его утверждений представлялось, как он сам это признал, не доказанными. По этому поводу он заметил, со свойственной ему тихой улыбкой: “думаю, что, в этом отношении, вы мне поверите без доказательства ведь я, по всей вероятности, говорю сейчас публично в последний раз в своей жизни; человеку же, находящемуся в таком положении принято верить на слово”.

Момент был воистину потрясающий и незабываемый. Всем ясна была огромная нравственная мощь этого человека, который в такую минуту забывая о себе, думает только о несчастье других и стремится им помочь...

Среди наступившей за заключительным словом митрополита благоговейной тишины - раздался голос председателя, голос, в котором, как будто, прозвучала какая-то доселе ему не обычная мягкая нота: "Вы все говорили о других; трибуналу желательно узнать, что же вы скажет о самом себе?"

Митрополит, который уже сел, вновь приподнялся и, с некоторым недоумением посмотрев на председателя, тихо, но отчетливо сказал: "О себе? Что же я могу вам о себе еще сказать? Разве лишь одно... Я не знаю, что вы мне объявите в вашем приговоре - жизнь или смерть,- но, что бы вы в нем ни провозгласили, - я с одинаковым благоговением обращу свои очи горе, возложу на себя крестное знамение (при этом митрополит широко перекрестился) и скажу: Слава Тебе, Господи Боже, за все!"...

Таково было "последнее слово" митрополита Вениамина. Передать настроение, охватившее публику, - невозможно. Иное легче пережить, чем описать. Трибунал сделал перерыв...»

5 июля 1922 года председатель суда — председатель уголовного отделения Петроградского ревтрибунала Н. И. Яковченко огласил приговор. Митрополит Вениамин и еще 9 человек были приговорены к расстрелу, 36 человек к различным срокам заключения до 5 лет, 11 человек направлены на принудительные работы без содержания под стражей.

Кассационная Коллегия Верховного трибунала ВЦИК заменила расстрел долгосрочным тюремным заключением епископу Кронштадтскому Венедикту (Плотникову), настоятелям Казанского собора Н. К. Чукову, Исаакиевского Л. К. Богоявленскому и Троицко-Измайловского М. П. Чельцову; профессору Д.Ф.Огневу и Н.А.Елачичу.

Митрополиту Вениамину (Казанскому), профессору Ю.П.Новицкому, юрисконсульту Александро-Невской Лавры И.М.Ковшарову и архимандриту Сергию (Шеину) приговор оставлен в силе.

Последнее слово, сказанное митрополитом Вениамином на суде, оказалось не последним. Дошло предсмертное письмо Вениамина, написанное им перед расстрелом и доставленное из тюрьмы к одному из благочинных Петроградской епархии.

ПРЕДСМЕРТНОЕ ПИСЬМО МИТРОПОЛИТА ПЕТРОГРАДСКАГО ВЕНИАМИНА

В детстве и отрочестве я зачитывался Житиями Святых и восхищался их героизмом, их святым воодушевлением, жалел всей душей, что времена не те и не придется переживать, что они переживали. Времена переменились, открывается возможность терпеть ради Христа от своих и от чужих. Трудно, тяжело страдать, но по мере наших страданий, избыточествует и утешение от Бога. Трудно переступить этот рубикон, границу, и всецело предаться воле Божией. Когда это совершится, тогда человек избыточествует утешением, не чувствует самых тяжких страданий, полный среди страданий внутреннего покоя, он других влечет на страдания, чтобы они переняли то состояние, в каком находится счастливый страдалец. Об этом я ранее говорил другим, но мои страдания не достигали полной меры. Теперь, кажется, пришлось пережить почти все: тюрьму, суд, общественное за плевание, обречение и требование этой смерти, якобы народные аплодисменты; людскую неблагодарность, продажность; не постоянство и тому подобное; беспокойство и ответственность за судьбу других людей и даже за самую Церковь. Страдания достигли своего апогея, но увеличилось и утешение. Я радостен и покоен, как всегда. Христос наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо. За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше ее иметь надо нам, пастырям. Забыть свои самонадеянность, ум, ученость, и силы и дать место благодати Божией. Странны рассуждения , может быть и выдающихся пастырей - разумею Платонова, - надо хранить живыя силы, то есть их ради поступаться всем. Тогда Христос на что? Не Платоновы, Чепурины, Вениамины и тому подобные спасают Церковь, а Христос. Та точка, на которую они пытаются встать, - погибель для Церкви. Надо себя не жалеть для Церкви, а не Церковью жертвовать ради себя. Теперь время суда. Люди и ради политических убеждений жертвуют всем. Посмотрите, как держат себя эсеры н. т. п. Нам ли христианам, да еще иереям, не проявлять подобнаго мужества даже до смерти, если есть сколько нибудь веры во Христа, в жизнь будущаго века! Трудно давать советы другим. Благочинным нужно меньше решать, да еще такие кардинальные вопросы. Они не могут отвечать за других. Нужно заключиться в пределы своей малой приходской церкви и быть в духовном единении с благодатным епископом. Новаго поставления епископов таковыми признать не могу. Вам Ваша пастырская совесть подскажет, что нужно делать. Конечно, вам оставаться в настоящее время должностным официальным лицом благочинным, едва ли возможно. Вы должны быть таковым руководителем без оффициальнаго положения.

Благословение духовенству!

Пишу, что на душе. Мысль моя несколько связана переживанием мною тревожных дней. Поэтому не могу распространяться относительно духовных дел.

Перед казнью всех четырех обрили, одели в лохмотья, чтобы нельзя было узнать в них духовных лиц. В ночь с 12 на 13 августа 1922 г. их тайно расстреляли на полигоне в близи Пороховых. Терновый венец Господа увенчал их мученическую кончину. Святые новомученники Российскии, молите Бога о нас!



ПОСЛЕСЛОВАНИЕ

Митрополит Вениамин и вместе с ним осужденные ждали смерти больше месяца — с 5 июля 1922 года, когда суд завершился, до той ночи с 12 на 13 августа, когда их, «обритых и одетых в лохмотья, чтобы их не опознали и не отбили у конвоя питерцы, отвезли на станцию Пороховое и там расстреляли».

В настоящее время опубликованы воспоминания одного из участников этого процесса, протоиерея Михаила Чельцова. Он тоже был приговорен к смертной казни, но помилован и все-таки был расстрелян девять лет спустя в 1931 году. В своих воспоминаниях он описал свои переживания в ожидании расстрела, сделав вывод о том, что даже без смертного приговора «тюремное одиночество легко и естественно может довести до сумасшествия». Благодаря воспоминаниям о. Михаила Чельцова мы знаем о том, как готовился к смерти митрополит Вениамин. Он сообщает рассказ об этом неких «официальных лиц»: «Митрополит молится по 14 часов в сутки и производит на надзирателей самое тяжелое впечатление, почему они отказываются от несения ими их обязанностей в отношении к нему». Судя по всему, для надзирателей была очевидна невиновность митрополита, и они не боялись говорить об этом. Хотя спасти его, разумеется, не могли.

Существует несколько свидетельств о том, как был расстрелян святитель Вениамин. Один из очевидцев рассказывал, что «митрополит Вениамин тихо молился,крестясь». Так, с молитвой на устах, и встретил смерть.

Есть и другой рассказ, известный благодаря иеросхимонаху Сэмпсону (в миру – графу Сиверсу). Судя по его рассказу, «семь раз стреляли в него и не могли ничего сделать. Тогда расстрельщик взмолился: «Батя, помолись, измучились в тебя стрелять!» Митрополит произнес краткую молитву и благословил их. Зарядили восьмой раз, и он был убит».

Так мученической кончиной завершилась жизнь святителя Вениамина Петроградского. В 1992 году он был причислен к лику святых Русской Православной Церкви. На его родине, в г. Няндоме Архангельской области, открыт храм, освященный в его честь. Пока это единственный в России храм, носящий имя священномученика Вениамина, митрополита Петроградского.

Слава Богу, сегодня жизнь, исповеднический путь и мученическая кончина святителя Вениамина и иже с ним убиенных серьезно изучается и отражена во многих печатных работах. В С.-Петербургской епархии был построен и в сентябре в 1992 года освящен новый храм во имя священномученика Вениамина в исправительной колонии № 20/5 поселка Металлострой под Петербургом, который был возведен усердием самих осужденных. В ноябре 1993 года во имя священномученика Вениамина был освящен правый придел в восстановленном Гдовском кафедральном соборе. В С.-Петербурге освящена в честь священномученика Вениамина домовая часовня в доме 6 причта Покровской церкви на Боровой улице, где митрополит Вениамин любил бывать и служить.

Добрая память о священномученике митрополите Вениамине сохраняется во многих православных семьях и приходах. В храмах С.-Петербургской епархии вот уже более 10 лет на отпустах неукоснительно поминается имя священномучениика Вениамина и иже с ним убиенных, возносятся им молитвы и служатся молебны. Однако, широкому кругу православных христиан до сих пор мало известно о жизни и мученической кончине святителя Вениамина.



Память священномученика Вениамина совершается 31 июля
(13 августа — по новому стилю)

Автор проекта и создания памятника Валентин Леонович Ковалевский
cкульптор Шувалов В.М., архитектор Медников В.В.



Братское кладбище Александро-Невской лавры
Братское кладбище Александро-Невской лавры, где установлен памятник-кенотаф, воздвигнут крест над символической могилой cв. митрополита Вениамина, Новомученников Российских